Pagratidis quickly recanted his confession, claiming he was psychologically pressured and beaten, and until the moment of his execution, he remained firm in his innocence.
Пагратидис быстро отказался от своих признаний, заявив, что на него оказывали психологическое давление и избивали, и до самой казни он продолжал настаивать на своей невиновности.