He decided that Indo-European languages from Eastern Europe would be best suited for research as Western European languages had been already thoroughly studied and the literature was vast.
Он решил, что индоевропейские языки из Восточной Европы лучше всего подходят для исследований, поскольку западноевропейские уже были тщательно изучены и описаны в большом количестве работ.