When she made her speech announcing that she would not launch a formal campaign, she was so overcome by emotions - gratitude for the people who'd supported her, frustration with the system that made it so difficult to raise money and to target voters rather than delegates, and anger at the sexism - that she got choked up.
Когда она произносила речь, в которой объявила, что не будет запускать официальную кампанию, её настолько захватили эмоции – благодарность людям, которые её поддерживали, разочарование в системе, которая делала таким сложным сбор средств и обращение к избирателям, а не делегатам, злость в адрес сексизма – что к горлу подкатил комок.