Pagratidis quickly recanted her confession, claiming she was psychologically pressured and beaten, and until the moment of her execution, she remained firm in her innocence.
Пагратидис быстро отказалась от своих признаний, заявив, что на нее оказывали психологическое давление и избивали, и до самой казни она продолжала настаивать на своей невиновности.