Эпический театр
Теоретически разработанные Брехтом методы построения пьес и спектаклей: соединение драматического действия с эпической повествовательностью, включение в спектакль самого автора, «эффект очуждения» как способ представить явление с неожиданной стороны, а также принцип «дистанцирования», позволяющий актёру выразить своё отношение к персонажу, разрушение так называемой «четвёртой стены», отделяющей сцену от зрительного зала, и возможность непосредственного общения актёра со зрителем — прочно вошли в европейскую театральную культуру[2][3][4].
Турандот, или Конгресс обелителей
Для пьесы с вполне очевидными политическими аллюзиями, из которых самой безобидной был образ неудавшегося интеллектуала Гогера Гога — пародия на Гитлера, Брехт избрал форму параболы, к которой всё чаще прибегал и в прозе, и в драматургии с середины 30-х годов. Брехт считал, что иносказательная форма всё ещё является «наиболее пригодной» для очуждения общественных проблем. «Я твёрдо уверен, — говорил он в 1954 году, — в том, что при всё большем развитии цивилизации… именно парабола имеет большое будущее, ибо она столь элегантно может преподнести правду». Соглашаясь с тем, что парабола «хромает», Брехт считал, что этот недостаток вполне искупается её очевидными преимуществами: простотой, наглядностью и возможностью донести до зрителей правду обходным путём — парабола «намного хитроумнее всех прочих форм». Театроведу Эрнсту Шумахеру Брехт демонстрировал преимущества параболы на примере сцены обучения будущих «туалов» из «Турандот»: если ученик отвечал на вопрос неправильно, с точки зрения учителей, висевшая перед ним корзина с хлебом взлетала вверх, при этом она поднималась всё выше и выше по мере того, как ученик приближался к правде. Никакими иными средствами невозможно было бы с такой же наглядностью представить в театре те условия, в которых оказываются современные интеллектуалы.