Инцидент в Руби-Ридж
Уивер, полный недоверия к федеральному правительству, отказался покидать свой особняк. Представители Службы маршалов США предприняли ряд попыток, направленных на то, чтобы убедить Уивера сдаться. С 5 марта по 12 октября 1991 года Уивер, через третьих лиц, вёл переговоры с маршалами США Роном Эвансом (English: Ron Evans), Уоренном Мэйзом (English: W. Warren Mays) и Дэвидом Хантом (English: David Hunt). 12 октября по указанию Рона Эванса переговоры были прекращены. Несмотря на директиву прокуратуры о необходимости проведения всех переговоров через адвоката Уивера, Рэнди отказался разговаривать и не имел с ним никаких контактов. После этого Служба маршалов США приступила к разработке планов по задержанию Уивера.
Дело Бейлиса
Тогда же Щегловитов командировал в Киев вице-директора 1-го уголовного департамента Александра Лядова, который в начале мая за неделю своего пребывания в городе окончательно направил следствие на «ритуальные» рельсы. По словам Фененко, «Лядов приехал в Киев с готовым мнением; в кабинете прокурора палаты Чаплинского Лядов при мне сказал Чаплинскому, что министр юстиции не сомневается в ритуальном характере убийства, на что Чаплинский ответил, что он очень рад тому, что министр держится такого же взгляда, как и он»[3]. Лядов же свёл Чаплинского с лидером организации «Двуглавый орёл» Голубевым, который с этого момента стал оказывать важнейшее влияние на следствие. «С ним (Голубевым) приходилось считаться всему составу киевской администрации; с ним считался и генерал-губернатор», — утверждал бывший директор Департамента полиции Степан Белецкий. По словам Мищука, Союз русского народа выполнял в ходе следствия те функции, которые обычно выполняет прокурорский надзор[3]. Именно Лядов оказывал давление на следственную бригаду, заставляя их принимать и проверять «улики», представляемые черносотенцами[2][7].