Депортация крымских татар
Депорта́ция кры́мских тата́р (Crimean Tatar: Qırımtatar halqınıñ sürgünligi, Къырымтатар халкъынынъ сюргюнлиги) — выселение крымскотатарского населения Крымской АССР, проведённое Народным комиссариатом внутренних дел СССР 18—20 мая 1944 года[1] по решению Государственного комитета обороны, в Узбекистан и соседние районы Казахстана и Таджикистана; небольшие группы были отправлены в Марийскую АССР и ряд других регионов РСФСР. Официально депортация обосновывалась фактами участия крымских татар в коллаборационистских формированиях, выступавших на стороне нацистской Германии во время Великой Отечественной войны. Впоследствии высшими государственными органами СССР[2][3], а позднее — России[4] и Украины[5], депортация была признана незаконной и преступной.Template:Переход
Крымские татары
В тот же день председатель Совета министров Крыма Сергей Аксёнов запретил проведение в Крыму массовых акций «в целях устранения возможных провокаций со стороны экстремистов, имеющих возможность проникнуть на территорию Республики Крым»[111]. Произошло это за два дня до начала траурных мероприятий, посвящённых 70-летию депортации крымскотатарского народа[112]. Меджлис отверг предложение крымских властей ограничить траурный митинг мероприятиями в районе мусульманского кладбища «Абдал» и решил вместо этого провести массовые собрания по всем городам, а также в разных памятных местах Симферополя[113]. Митинги прошли в Симферополе и Бахчисарае[114]. Траурное мероприятие в микрорайоне компактного проживания крымских татар Ак-Мечеть города Симферополь завершилось принятием резолюции с требованием придания Республике Крым статуса национально-территориальной автономии, восстановления исторических названий, подвергшихся изменению вследствие депортации крымскотатарского народа, принятия законов, гарантирующих представительство крымских татар, избираемых самими крымскими татарами, в органах законодательной и исполнительной власти Республики Крым, признания Курултая и Меджлиса крымскотатарского народа представительными органами коренного народа Крыма[115]. Сопоставляя этот сравнительно немногочисленный траурный митинг, проходивший «под шум вертолётных винтов», с состоявшимся чуть позже празднованием очередной годовщины освобождения Севастополя от немецко-фашистских оккупантов, когда на улицы вышли десятки тысяч жителей, для которых был организован парад с участием десятков единиц боевой техники и боевых самолётов, Грета Улинг отмечает, что это сравнение ясно демонстрирует, чью сторону реально поддерживает новая власть на фоне официальной риторики о равенстве всех перед законом[82].