Крескас, Хасдай
Огромный объём общественной работы Крескаса затруднял окончательное завершение его главного труда — книги «Свет Господа», законченной всего за полгода до смерти, последовавшей не ранее декабря 1410 года и не позднее февраля 1411 года[18][22]. После Крескаса осталась целая плеяда учеников, занимавшихся как переводами и изданиями его сочинений, так и написанием собственных. Так, Йосеф Альбо написал философскую Hebrew: «ספר העקרים» («Sefer ha-Yikkarim», «Книга основ»)‎[15], имевшую большое влияние. Другой знаменитый ученик — [K 4], автор книги Hebrew: «נימוקי יוסף» («Nimuke Yosef», «Доводы Йосефа»)‎, печатающейся во всех стандартных изданиях Талмуда. Согласно легенде, евреи Сарагосы подверглись опасности погрома по навету, что они только делают вид, что оказывают королю Мартину I, на службе которого состоял Крескас, высшие почести — выносят навстречу свитки Торы, а на самом деле в футлярах свитков нет. Но служка синагоги узнал во сне об опасности и предотвратил её. Событие сохранилось в памяти как «Сарагосский Пурим», и некоторые отмечают его 17-18 числа месяца Шват[27][28]. Имели ли место эти легендарные события или нет, евреи Сарагосы после Крескаса благополучно существовали до изгнания евреев из Испании в 1492 году. Старый еврейский квартал было полностью перестроен, улицы сменили названия, а от нового еврейского квартала остались лишь несколько улиц, тоже переименованных. По документам удалось установить, что Крескас жил в старом еврейском квартале на улице Spanish: «de los Torneros» (Гончарная ул.), ныне Spanish: calle «Veronica» (ул. Вероники)[29][30].
Литература на иврите
Литература в области агады была столь же разнообразна, как и в области галахи. По завершении Талмуда, главным местом, где усердно разрабатывалась агада, была Земля Израильская. Отсюда она распространилась по Греции, Италии, Франции и Германии. Более сотни агадических сочинений, если не по форме, то по содержанию весьма древних, критически разобраны Леопольдом Цунцом. Имена авторов или составителей агадических сочинений в основном остались неизвестными. Известнейший их сборник, под названием "Ялкут", составлен рабби "Шимоном Даршаном" в XII веке. Начиная с XI столетия до новейшего времени не переставали появляться нравоучительные книги и рассуждения в разнообразных формах: проповеди, завещания, послания и т. д. Самое выдающееся сочинение этого рода — «"Обязанности сердца"» испанского раввина Бахья Ибн Пакуда (XI век). Книга написана по-арабски, в XII веке переведена на еврейский, в 1610 — на испанский, в 1856 — на немецкий язык. На еврейском языке создавалось множество произведений в области светской поэзии. Время "Хисдая бен-Ицхака ибн-Шапрута" считается золотым веком еврейской поэзии. По стопам Хисдая следовал "Шмуэль ибн-Нагдила". Названный выше Шломо Ибн Габироль был современником и другом ибн-Нагдилы. Ибн Габироль и Иехуда Галеви остались образцами в этой области еврейского литературного творчества. Около середины XIII столетия с усилением преследований начался упадок искусства евреев Испании. Их место стремились занять евреи Италии и южной Франции. Создавали иногда даже художественные фокусы: излагали законоведение в стихах, руководство к шахматной игре в стихах, молитвы, каждое слово которых начиналось с одной и той же буквы. Наиболее известный еврейский поэт в Италии — Иммануил Римский (около 1300). Он был современником, а по некоторым признакам — близким знакомым Данте. Его сатира остра и язвительна, его поэтические рассказы подчас фривольны, но в то же время весьма грациозны; ни один из еврейских средневековых писателей так живо не напоминает Гейне, как Иммануил Римский. При всем том, он был серьёзным учёным и написал философско-мистической комментарий к Танаху. Сто лет спустя, около 1400 года, "Моисей ди Рихти" заслужил почетное прозвище еврейского Данте. Последовавшие в XV столетии гонения отняли у евреев всякую охоту к светским песням. Пробудилась она опять лишь в XVIII столетии.