Храм Христа Спасителя (Самара)
Ускорению работ по отделке собора поспособствовала кончина 11 января 1891 года самарского епископа Серафима, по его желанию похороненного в усыпальнице под нижним храмом недостроенного ещё собора. Городское управление решило немедленно приступить к отделке нижнего храма, которая не требовала больших затрат, план обустройства вентиляции и отопления также предусматривал возможность их обустройства только в нижнем храме. Предполагалось, что к годовщине кончины преосвященного Серафима над его могилой будет возможно отслужить заупокойную литургию[4]. Щербачёв составил проект иконостаса нижнего храма, который мастер Бычков быстро выполнил из светлого и тёмного дуба, с позолотой и резьбой. Полы были выложены жигулёвским известняком, стены были выбелены, но не расписаны, временно их покрыли приобретёнными и пожертвованными собору иконами, которых насчитывалось более 200, в том числе 12 больших. На колокольне были установлены 8 колоколов общим весом в 250 пудов, производства местного заводчика Буслаева. Церковная утварь частично была приобретена пожертвованиями, частично покупкою. Иконы для иконостаса были написаны на цинке в мастерской Сидорского в Санкт-Петербурге, а одна, икона святителя Алексия, митрополита Московского, была написана по поручению губернатора А. Д. Свербеева крестьянином села Утёвка Григорием Журавлёвым, от рождения не имевшим рук и ног, но писавшим образа, держа кисть в зубах. 7 января 1892 года епископ Самарский и Ставропольский Владимир (Богоявленский) освятил нижний храм во имя святителя Алексия, митрополита Московского, считающегося покровителем Самары. Над гробницей преосвященного Серафима была водружена большая икона Божией Матери «Трёх радостей» в серебряном окладе, завещанная покойным[4]. Однако на отделку верхнего храма по проектам Жибера у города не хватало средств. По приблизительным оценкам, на отделку храма и снабжение его всем необходимым для богослужения требовалось по одному проекту до 240 тысяч рублей, по другому — до 325 тысяч рублей. Город, бюджет которого был подорван эпидемией холеры, голодом и другими бедствиями, такую сумму выделить не мог. Новый городской голова Н. Г. Неклютин, возглавивший комитет по сбору средств, организовал подписку, позволившую собрать до 100 тысяч рублей, а также большой колокол весом в 880 пудов и стоимостью до 19 тысяч рублей. Колокол «Благовест» был отлит на заводе Финляндского в Москве на средства Д. В. Кирилова в память о спасении императорской семьи в железнодорожной катастрофе 17 октября 1888 года и был поднят на колокольню в октябре 1893 года[4]. На собранные и внесённые думой средства были обустроены полы в храме, крыльца и лестницы были выложены из жигулёвской плиты. Палехскому мастеру Белоусову было поручено по детальным рисункам и шаблонам, созданным Щербачёвым в стилистике проекта Жибера, расписать стены храма библейскими сюжетами, иконами, орнаментами в византийском стиле, а также написать 102 иконы для иконостаса — на дереве, на золотом чеканном фоне с эмалевыми каймами — и для горних мест — в том же стиле, но на цинковых досках[4]. Мастер Бычков, также по рисункам Щербачёва, изготовил три липовых, резных, золочёных иконостаса, с шестью такими же клиросами, десятью висячими киотами на пилонах, двумя иконостасными киотами в нишах пилонов, тремя престолами, с кипарисными досками, тремя жертвенниками и шестью аналоями. Казанские мастера Лоскутов и Будылин по рисункам Щербачёва изготовили пять резных полированных наружных дверей из морёного дуба, три внутренних сосновых двери и четыре двери поменьше, также резные[4]. Церковная утварь была заказана в Москве, частью бронзовая, золочёная с эмалью, частью серебряная, с эмалью. Были приобретены большое бронзовое золочёное с эмалью паникадило на восьми цепях, два малых паникадила, облачения на три престола с четырьмя чеканными золотом с эмалью иконами на каждом, большое Евангелие весом в 12 фунтов. Металлическая решётка на хоры и железные облачения входных дверей также были изготовлены по рисункам Щербачёва[4].
Храм Христа Спасителя (Самара)
7 мая 1930 года горисполком принял решение: «Учитывая, что приспособление здания бывшего кафедрального собора под культурные постройки требует огромных средств и что даже при больших затратах невозможно переоборудовать это здание под культурное учреждение, отвечающее всем требованиям, и исходя из необходимости быстрого форсирования строительства нового Дома культуры, президиум горсовета постановил: 1. Здание бывшего кафедрального собора разобрать. 2. На месте бывшего собора приступить к строительству нового Дома культуры. 3. Объявить конкурс на составление проекта нового Дома культуры». «Волжпромстрою» было поручено начать разборку собора на кирпичи, «необходимые для строительства новых объектов»[6]. Контролировал работы по разрушению храма М. М. Хатаевич, возглавлявший Средневолжскую краевую партийную организацию[6]. Планировалось, что разрушение собора обойдётся в 200 тысяч рублей[6]. В июне 1930 года начался процесс разборки. Перед началом работ ценные дубовые и сосновые двери, заправленные в железный оклад, были сняты с петель и увезены на склад, однако несколько дверей оказалось брошенными возле собора, на них падали битые кирпичи, различный строительный мусор. Об этом факте написала газета «Средневолжская коммуна», только после такой критики двери были подняты и увезены.