Харрис, Эммилу
Решив связать свою судьбу с музыкой, Харрис в 1968 году переехала в Нью-Йорк, чтобы стать «новой Джоан Баэз»[18][19]. В тот период она снова работала официанткой, а вечерами выступала в клубах Гринвич-Виллидж[20]. В частности, она пела в заведении Gerde’s Folk City, где начинали карьеру Боб Дилан, Peter, Paul & Mary, Simon & Garfunkel[9][21]. В это время она пела шесть дней в неделю, получая $16 за вечер[22]. Певица сделала демозапись и отнесла её в A&M Records. Как она вспоминала позднее, там ей дали пластинки Клодин Лонже и сказали возвращаться, когда научится петь также[9]. В 1969 году она вышла замуж за своего единомышленника — автора песен Тома Слокума[23]. В том же году на независимом лейбле Jubilee Records появился её первый альбом Gliding Bird, половину песен для которого Харрис сочинила сама[24]. Другая часть материала состояла из композиций Боба Дилана, Хэнка Уильямса, Дэвида Хэла, Берта Бакарака, Фреда Нила, а заглавный трек написал её муж[24]. Пластинка провалилась, продавшись в количестве 1300 копий, а Харрис ещё и осталась должна лейблу за производственные издержки[24]. Сам лейбл вскоре обанкротился, окончательно лишив релиз шансов на успех[25]. В итоге певица осталась крайне недовольна альбомом и своим уровнем исполнения[17][24]. Впоследствии она игнорировала Gliding Bird и фактически от него отказалась[26][27]. Харрис не учитывала пластинку при нумерации дискографии и добилась судебного запрета на её переиздание[28][29].
Харрис, Эммилу
Музыковед Джеймс Пероун отмечает, что хотя Грэм Парсонс и придумал как сделать традиционный кантри «крутым», реализации этой концепции сочетания кантри, рока и фолка во второй половине 1970-х годов и далее выпала Харрис[86]. После смерти Парсонса, она трансформировала его передовые идеи в нечто совершенно своё[219]. Её дебют Pieces of the Sky сыграл важную роль в популяризации кантри среди молодежи и создании гибридной формы жанра, привлекательной для тех, кто по возрасту, политически и географически был далёк от традиционной кантри-аудитории[219]. При этом изначально певица стремилась отблагодарить Парсонса, сделав своей целью продвижение его таланта, который в 1970-е годы был все ещё недооценён[109]. Как пишет Тимоти Уайт, она держала продвинутую смесь кантри и рока Парсонса на культурной передовой, где ценители прогрессивного кантри могли её для себя открыть[244].