Национальный конвент
Депутаты Конвента представляли все классы французского общества, но наиболее многочисленными были юристы. Семьдесят пять депутатов были представителями в Учредительном собрании, а 183 — в Законодательном собрании. Общее число депутатов было 749, не считая 33 от французских колоний, из которых только некоторые успели прибыть в Париж к моменту начала заседаний.
Национальный конвент
Комитет всегда работал коллегиально, несмотря на специфический характер задач каждого директора: деление на «политиков» и «техников» было термидорианским изобретением, чтобы оставить жертвы террора у ног одних робеспьеристов. Многое, однако, различало двенадцать членов Комитета; Барер был более человеком Конвента, чем комитета, и был ближе к «равнине». У Робера Ленде были сомнения по поводу террора, который, напротив, был ближе для Колло д’Эрбуа и Бийо-Варенна, вошедших в комитет под давлением санкюлотов в сентябре. Но ситуация, которая объединила их летом 1793, была сильнее разногласий[24]. Прежде всего комитет должен был утвердить себя и выбрать те требования народа, которые были наиболее подходящими для достижения целей ассамблеи: сокрушить врагов Республики и зачеркнуть последние надежды аристократии на реставрацию. Управлять во имя Конвента и в то же время контролировать его, сдерживать санкюлотов без охлаждения их энтузиазма — это был необходимый баланс революционного правительства[29].