Павловский парк
Однако скромные масштабы усадьбы вскоре перестали удовлетворять наследника престола, в связи с чем в 1780 году архитектору Ч. Камерону было поручено построить новый дворец. Он наметил основные районы парка, их планировку и расположение архитектурных сооружений. Прилегающие к будущему дворцу участки Камерон решил сделать в стиле близком к регулярным садам, тогда как остальным районам парка придал в основном пейзажный характер. На ведущей от нового дворца широкой просеке Камерон разбил Тройную липовую аллею, ставшую главным парадным въездом в дворцовую усадьбу: здесь проходили церемонии дворцовых выездов, встреч и приёмов посещавших Павловск знатных гостей. Камероном были сооружены Храм дружбы, колоннада Аполлона, Вольер, павильон Трёх граций и другие постройки, призванные стать композиционными центрами парковых пейзажей. В 1782—1786 годах Камерон возвёл новый просторный дворец, который заменил разобранный «Паульлюст»[6]. В 1787 году в центре парадного двора установили Солнечные часы — увенчанную шаром колонну, от которой падала тень на деления, соответствующие каждому часу. В конце XIX века их перенесли на новое место ближе к Вольеру (сейчас утрачены)[4]. Завершалась отделка Павловского дворца под руководством архитектора В. Бренны; он же расширил дворец, построив дополнительные корпуса. Во дворце начали проходить большие приёмы[5]. По проекту Бренны в парке соорудили Большие круги, Большую каменную лестницу, спускающуюся к реке Славянке, Пиль-башню, районы Старая Сильва и Новая Сильва[6].
Павловский парк
Весной 1778 года здесь развернулись работы по обустройству загородной резиденции наследника престола: согнанные из окрестных деревень крестьяне и солдаты гарнизонных полков начали расчистку леса, прокладку просек и подготовку участков под строительство[6]. К 1779 году были построены два небольших усадебных дома: для Павла Петровича — Паульлюст (German: Paullust — Павлова утеха) и его супруги Марии Фёдоровны — Мариенталь (German: Marientahl — Марьина долина). Около усадеб разбили небольшие садики с цветниками, от них проложили первые дорожки будущего парка[7]. Мария Фёдоровна стала душой этого строительства и организации сада; на первых порах он устраивался как парк её личных воспоминаний. Здесь соорудили несколько построек, напоминавших места детства Великой княгини в Монбельярском парке: хижину Пустынника, пастушескую хижину, молочню, ферму и другие[8]. Настольной книгой для Марии Фёдоровны являлась поэма «Сады» Жака Делиля, известного теоретика садово-паркового искусства. Здания и парковые павильоны строили, подразумевая, «что местоположенье диктует зданью вид, размер и назначенье»[9].