Эпический театр
Теоретически разработанные Брехтом методы построения пьес и спектаклей: соединение драматического действия с эпической повествовательностью, включение в спектакль самого автора, «эффект очуждения» как способ представить явление с неожиданной стороны, а также принцип «дистанцирования», позволяющий актёру выразить своё отношение к персонажу, разрушение так называемой «четвёртой стены», отделяющей сцену от зрительного зала, и возможность непосредственного общения актёра со зрителем — прочно вошли в европейскую театральную культуру[2][3][4].
Человек есть человек
Пьеса подверглась резкой критике как в этой постановке (которую сам режиссёр счёл не вполне удавшейся), так и в следующей — в Дюссельдорфском городском театре в том же году. Тем не менее в январе 1928 года сочувствовавший театральным идеям Брехта Эрих Энгель поставил пьесу в берлинской «Фольксбюне». Эта постановка оказалась более успешной, хотя и не удовлетворила рецензента газеты «Роте Фане», органа КПГ, — герой пьесы и здесь представал «новым типом человека», и «перефункционирование» его характера оценивалось скорее положительно. Лишь в новой берлинской постановке, осуществлённой самим Брехтом в 1931 году в Государственном театре, появилась, как отметила «Роте Фане», идеологическая ясность относительно английских колониальных войск, которые и были в этой пьесе могущественным «коллективом», той «массой», с которой счастливо сливался герой Брехта. В 1936 году Брехт писал, что в его комедии собрание армии в Килькоа вполне может быть заменено съездом НСДАП в Нюрнберге.