Шеклтон, Эрнест
В Санкт-Петербурге, куда Шеклтон прибыл по приглашению Русского географического общества, его встретил тёплый приём. Путешественника приветствовали П. П. Семёнов-Тян-Шанский, Ю. М. Шокальский, другие видные учёные России. Царь Николай II дал полярнику аудиенцию, длившуюся около двух часов, во время которой собственноручно приколол гостю орден святой Анны. Такой чести не был удостоен даже Нансен[82].
Пеньковский, Олег Владимирович
Глава Секретной разведывательной службы Великобритании МИ-6 Дик Уайт характеризовал Пеньковского как «невротика», способного на большие риски, и находящегося «немного не в себе» (на войне Пеньковский получил серьёзное ранение головы и челюсти) — при этом Уайт полагал, что сведения Пеньковского «наиболее ценные, из когда-либо полученных». Будущий глава МИ-6 Морис Олдфилд, в то время занимавшийся налаживанием сотрудничества между британской и американской разведками, нашёл Пеньковского человеком довольно поверхностным, заворожённым званиями, титулами, красивыми и дорогими вещами, однако при этом искренним и не обманывающим своих новых хозяев. Член команды президента США Кеннеди Гарри Шерголд оценил Пеньковского как человека неуравновешенного и весьма тщеславного. Руководитель контрразведывательных операций ЦРУ Джеймс Энглтон был уверен, что Пеньковский — внедрённый и очень опасный агент КГБ, способный создать у американцев ложное чувство неуязвимости, которое может «вдохновить на войну с Советами». В ЦРУ требовали проверить Пеньковского на детекторе лжи, однако руководитель МИ-6 Дик Уайт отказался от этой идеи, предполагая, что проверка напугает Пеньковского и вызовет у него недоверие к западным партнёрам, вследствие чего он свернёт свою разведывательную деятельность[13].