Просвещение (минское общество)
В 1905 году членами МОСГ было принято решение организовать нелегальное Польское общество «Просвещение» в Минске, что было поручено начать Мечиславу Паровскому, влиятельному члену Минского общества сельского хозяйства и близкому другу Эдварда Войниловича, а также Михалине Ленской (1882—1940), которая была близкой родственницей Михаила Ленского — члена Совета МОСГ. Главной задачей общества была координация польскоязычного тайного обучения, которое — согласно рапортам царской полиции — в Минской губернии было широко распространено.
Просвещение (минское общество)
Секция начального образования — занималась обучением детей на тайных занятиях. Деятельность являлась нелегальной. Обучение детей имело скоординированный характер и происходило на основе одинаковой дидактической программы. С учётом условий конспирации её точный масштаб неизвестен. По данным Мечислава Паровского, только в Минске одновременно обучалось в 32 группах около 500 детей, а полностью в 1909 году (на момент официального закрытия общества) количество детей, которые учились в школах, насчитывало 7-8 тысяч. Секцией управляли одни женщины — Станислава Сильвестрович, Фялинская, Страневич и Бобровская. Главное внимание уделялось польскому языку и религии, но преподавались и другие предметы. В начальном периоде существования общества эта работа была не очень интенсивной и преследовалась российскими властями. В 1911 году, в условиях роста эффективности действий полиции, количество учеников уменьшилось: например, в Минске — приблизительно до 400. Секция образования неграмотных взрослых — обучала по вечерам неграмотных взрослых чтению и письму. В Минске в ней обучались 180 лиц, в основном ремесленники, которые ещё и включались в общественную работу в обществе. Секцией управляли женщины — Чарневская, Легатович, Дубровская, а также Славинский и доктор Чеслав Грабовецкий. Секция учительской семинарии — занималась подготовкой учительниц на быстрых языковых курсах к работе в польскоязычных школах. От начала до конца существования она действовала нелегально. Руководили ей Михалина Ленская и Анна Чакатовская. Сначала это были открытые в декабре 1905 года шестимесячные курсы для «народных учительниц». Вскоре они получили поддержку со стороны общества и постепенно превратились в учительскую семинарию. В семинарии были созданы два отделения: высшее, окончание которого давало звание «народной учительницы», и низшее, выпускницы которого получали название «людувка» («селяница»). Эта деятельность имела большое значение, поскольку расширение просветительской работы привело к росту востребованности «народных учительниц». Ощущался недостаток кандидатов с соответствующей квалификацией, особенно в плане хорошего знания польского языка. На учительских курсах преподавали польский язык и литературу, историю «Польши» (то есть Речи Посполитой), католическую религию, а также естествознание, арифметику, пение, детские игры, педагогику и методику. Преподавались также белорусский и русский язык. Ученики знакомились также с новинками белорусскоязычных книг. Минский помещик и мемуарист Михал Криспин-Павликовский написал в своих мемуарах об отношении дворян Белоруссии к белорусскому языку в конце XIX — начале XX веков: «Поместье было, как правило, привязано к белорусизации. С крестьянином говорили по-белорусски. Правильная и беглая белорусская речь была как бы своеобразным стилем. Поощрение белорусского языка, фольклора и обычаев и забота о них считались единственным плодотворным, и притом легальным, способом борьбы с русификацией». Секция бесед и публичных лекций — занималась организацией чтений и популярных дискуссий. Свою деятельность начала 29 апреля 1907 года. Руководил ей Ян Офенберг, активное участие принимали провинциальные члены «Просвещения». В Минске главным местом её встреч была самая большая в городе зала «Париж», где собиралось до 1000 человек. Чаще всего выступали князь Иероним Друцкий-Любецкий, граф Константин Прушинский, Александр Яновский и др. Например, в Пинске отделение занималось только организацией лекций по польской литературе и языкознанию, что, согласно рапорту уездной полиции, «вызывало рост польского национального сознания». Мероприятия, организовывавшиеся секцией преподавания, вызывали большой интерес со стороны слушателей. Секция библиотек и проката книг — была создана после разрешения российских властей 22 декабря 1907 года создать «польскую» библиотеку. Библиотека имени Адама Мицкевича была официально открыта 4 мая 1908 года и находилась в плебании костёла Святого Симеона и Святой Елены в Минске. Сначала она имела 700 книг, из которых большинство были подарком графа Юзефа Тышкевича с Логойске, остальные были куплены в магазине Вацлава Маковского. В 1915 году Ядвига Костровицкая передала библиотеке множество книг из поместья Савичи. Библиотекой большей частью заведовал Чеслав Грабовецкий. Российские власти, хотя и позволили открыть это учреждение, непрерывно отказывали в просьбах со стороны провинциальных отделений общества на открытие своих библиотек. Например, 14 октября 1908 года они дали отказ на подобную просьбу отделения общества «Просвещение» в Пинске. Секция детских лагерей — была создана для самых бедных детей из городов — например, из Минска. Секцией управляли женщины — Ядвига Костровицкая, Станислава Сильвестрович и Бобровская. Лагеря организовывались при дворянских поместьях, в том числе в Савичах — Войниловичах, Устрони — Прушинских, Начи — Чарноцких, Игнатичах — Ельских, Грошаве — Рейтонов. Их целью было психическое и физическое развитие детей, отдых на природе. Секция финансов — занималась сбором средств на деятельность общества и просветительскую работу. Среди друзей собиралась взносы, которые, однако, были неспособны удовлетворять нужды. Финансирование общества всегда было проблематичным и часто «держалось на займам и надеждах». Чтобы добыть дополнительные источники финансирования, организовывались концерты, лекции, ежегодные «Паненские балы». «Просвещение» поддерживали также меценаты. Значительные гранты на его деятельность передали ксендз Казимир Михалкевич, Вильгельм Ельский, Мариан Обозерский и граф Константин Прушинский с Устрони. Точных сведений о финансировании общества нет. Хотя общество публиковало сведения о своём бюджете, в том числе о расходах, однако заявленные суммы часто были недействительными, так как руководство скрывало информацию о средствах, выделявшихся членами общества и меценатами.