Крескас, Хасдай
Огромный объём общественной работы Крескаса затруднял окончательное завершение его главного труда — книги «Свет Господа», законченной всего за полгода до смерти, последовавшей не ранее декабря 1410 года и не позднее февраля 1411 года[18][22]. После Крескаса осталась целая плеяда учеников, занимавшихся как переводами и изданиями его сочинений, так и написанием собственных. Так, Йосеф Альбо написал философскую Hebrew: «ספר העקרים» («Sefer ha-Yikkarim», «Книга основ»)‎[15], имевшую большое влияние. Другой знаменитый ученик — [K 4], автор книги Hebrew: «נימוקי יוסף» («Nimuke Yosef», «Доводы Йосефа»)‎, печатающейся во всех стандартных изданиях Талмуда. Согласно легенде, евреи Сарагосы подверглись опасности погрома по навету, что они только делают вид, что оказывают королю Мартину I, на службе которого состоял Крескас, высшие почести — выносят навстречу свитки Торы, а на самом деле в футлярах свитков нет. Но служка синагоги узнал во сне об опасности и предотвратил её. Событие сохранилось в памяти как «Сарагосский Пурим», и некоторые отмечают его 17-18 числа месяца Шват[27][28]. Имели ли место эти легендарные события или нет, евреи Сарагосы после Крескаса благополучно существовали до изгнания евреев из Испании в 1492 году. Старый еврейский квартал было полностью перестроен, улицы сменили названия, а от нового еврейского квартала остались лишь несколько улиц, тоже переименованных. По документам удалось установить, что Крескас жил в старом еврейском квартале на улице Spanish: «de los Torneros» (Гончарная ул.), ныне Spanish: calle «Veronica» (ул. Вероники)[29][30].
Бхактивинода Тхакур
В 1879 году Бхактивинода опубликовал свой первый значимый труд, «Кришна-самхита».[123][9] Написанная на санскрите и бенгали, книга представляла собой ответ на критику Кришны со стороны христианских миссионеров, Брахмо-самаджа и прозападных бхадралок, которые называли деяния Кришны безнравственными и распутными, несоответствующими его божественному статусу в индуизме.[123] Критики использовали мнимые пороки в характере Кришны для продвижения антииндуистской и антивайшнавской пропаганды, ставили под вопрос саму этическую базу культа Кришны.[123] Выступая в защиту основ своей религии, Бхактивинода использовал в «Кришна-самхите» те же самые рациональные приёмы, что и его оппоненты, а также приводил современные археологические и исторические данные и богословские идеи, объявляя с их помощью игры Кришны как трансцендентальные (апракрита) проявления морали.[124] В частности, он использовал методологию адхуника-вада («современного мышления»), в которой связывал утверждения священных писаний с обозреваемой реальностью.[125] Книгу встретили крайне эмоциональные и полярные отзывы: одни хвалили её за интеллектуальную новизну и традиционализм, в то время как другие осуждали автора за то, что, по их мнению, было отклонениями от ортодоксальной вайшнавской герменевтики.[126] Сам Бхактивинода впоследствии вспоминал: