История Пугачёва
15 сентября поэт выехал из Симбирска в Оренбург, его маршрут проходил через земли ставропольских калмыков, принявших активное участие в восстании, мордовские и чувашские деревни, крепости Алексеевскую, Сорочинскую, Переволоцкую, Татищеву и Чернореченскую, захваченные пугачёвцами осенью 1773 года. В Сорочинской Пушкин записал со слов 86-летнего казака Папкова речи мятежных яицких казаков после взятия крепости: «То ли ещё будет? Так ли мы ещё тряхнём Москвою?», использованные позднее и в «Истории Пугачёва», и в романе «Капитанская дочка». 18 сентября Пушкин прибыл в Оренбург, остановившись на загородной даче оренбургского генерал-губернатора В. А. Перовского, сюда же прибыл и В. И. Даль, вызвавшийся быть проводником Пушкина в оренбургских землях. Перовский распорядился оказывать Пушкину всяческое содействие, в частности, в селениях, куда он отправится — собирать к его приезду стариков, помнивших пугачёвщину. 19 сентября Пушкин и Даль отправились в Бердскую слободу — пугачёвскую столицу, где побеседовали с собранными стариками, осмотрели улицы слободы и дом, в котором жил Пугачёв во время осады Оренбурга. Поэту указали на старую казачку Арину Бунтову, в долгой беседе с которой Пушкин почерпнул множество ценных деталей о событиях времён восстания, впоследствии использованных им и в историческом труде, и в романе. Бунтова рассказала и о трагической судьбе дочери и супруги казнённых самозванцем комендантов пограничных крепостей Татьяны Харловой, ставшей наложницей Пугачёва и расстрелянной позднее казаками[5].
Достоверные известия о мятежнике Емельяне Пугачёве и поднятом им бунте
Статья «Достоверные известия о мятежнике Емельяне Пугачёве и поднятом им восстании» была впервые опубликована в 1784 году в Галле в ежегоднике «Сборник новой истории и географии», издаваемом известным немецким учёным и издателем А. Ф. Бюшингом. Сам издатель в предисловии назвал статью о восстании Пугачёва «не только достоверной, но и единственной на эту тему». В позднейшей научной историографии восстания получило подтверждение утверждение, что публикация в журнале А. Ф. Бюшинга, наряду с трудами академика П. И. Рычкова, стала первым научным трудом, в котором была сделана попытка объективно отобразить события восстания в России в 1773−1775 годах. А. С. Пушкин считал статью сообщением одного из иностранных дипломатов в Санкт-Петербурге. В более поздней научной литературе XIX и начала XX веков высказывалось предположение (опиравшееся в том числе и на предисловие самого А. Ф. Бюшинга) о том, что автором статьи был один из офицеров из корпуса полковника И. И. Михельсона, бывшего одним из самых деятельных военачальников правительственного лагеря.