История Пугачёва
15 сентября поэт выехал из Симбирска в Оренбург, его маршрут проходил через земли ставропольских калмыков, принявших активное участие в восстании, мордовские и чувашские деревни, крепости Алексеевскую, Сорочинскую, Переволоцкую, Татищеву и Чернореченскую, захваченные пугачёвцами осенью 1773 года. В Сорочинской Пушкин записал со слов 86-летнего казака Папкова речи мятежных яицких казаков после взятия крепости: «То ли ещё будет? Так ли мы ещё тряхнём Москвою?», использованные позднее и в «Истории Пугачёва», и в романе «Капитанская дочка». 18 сентября Пушкин прибыл в Оренбург, остановившись на загородной даче оренбургского генерал-губернатора В. А. Перовского, сюда же прибыл и В. И. Даль, вызвавшийся быть проводником Пушкина в оренбургских землях. Перовский распорядился оказывать Пушкину всяческое содействие, в частности, в селениях, куда он отправится — собирать к его приезду стариков, помнивших пугачёвщину. 19 сентября Пушкин и Даль отправились в Бердскую слободу — пугачёвскую столицу, где побеседовали с собранными стариками, осмотрели улицы слободы и дом, в котором жил Пугачёв во время осады Оренбурга. Поэту указали на старую казачку Арину Бунтову, в долгой беседе с которой Пушкин почерпнул множество ценных деталей о событиях времён восстания, впоследствии использованных им и в историческом труде, и в романе. Бунтова рассказала и о трагической судьбе дочери и супруги казнённых самозванцем комендантов пограничных крепостей Татьяны Харловой, ставшей наложницей Пугачёва и расстрелянной позднее казаками[5].
Пушкин (роман Тынянова)
Пушкин прощается с Петербургом. Он заканчивает работу над новой книгой стихов. Поэма «Руслан и Людмила» в печати. До отъезда он проигрывает в карты рукопись своих стихотворений. В Екатеринославе Пушкин встречается с семьёй генерала Раевского, они вместе едут на Кавказ и в Крым. Думая о Карамзиной, Пушкин пишет на палубе корабля элегию «Погасло дневное светило...».Несмотря на то, что 3 законченные части романа являются лишь частью исходно задуманного текста, в определённом смысле они всё же обладают автономностью. "Лицейский период" Тынянов рассматривал как отдельный этап не только в биографии, но и в творческом развитии Пушкина. Если для поздних стихотворений Пушкина, согласно тыняновской концепции, характерна "двупланность", то в стихах лицейского периода поэтическая лексика служит исключительно как обёртка для реальных предметов. Эта гипотеза отражается в романе, где для всех любовных посланий Пушкина, включая те, в которых он пользуется устойчивыми условными именами "Лида" или "Лила", указывается реальная получательница.