Селфи
Первый в истории отчётливый фотопортрет человека одновременно является и первым автофотопортретом. Данный снимок был сделан американским химиком Робертом Корнелиусом в 1839 году[3].
Пуссен, Никола
В самом конце 1640-х годов Пуссен исполнил два автопортрета. Луврский упоминался в письме Шантелу от 29 мая 1650 года, поскольку был исполнен по его заказу. Оба автопортрета снабжены пространными латинскими надписями. На портрете, исполненном для Пуантеля (ныне в Берлинской картинной галерее, воспроизведён в начале статьи), Пуссен именует себя «римским академиком и первым ординарным живописцем короля Галлии». Второй автопортрет датирован юбилейным 1650-м годом, художник охарактеризовал себя просто «живописцем из Андели». Латинские надписи явно подчёркивают торжественность самого изображения. На берлинском автопортрете Пуссен явил себя в образе академика, на что указывает чёрная мантия, в руке он держит книгу, подписанную по-латыни «О свете и цвете» (Latin: De lumine et colore). Это резко контрастировало с автопортретами его великих современников: так, Рубенс и Рембрандт вообще избегали черт, напоминавших об их ремесле художника. Веласкес в «Менинах» изобразил себя непосредственно во время творческого акта. Пуссен же представил себя с атрибутами ремесла, но в процессе творческого раздумья. Лицо своё художник поместил точно по центру античной мраморной плиты с лавровой гирляндой, перекинутой через фигуры гениев или путти. Таким образом, это тип автопортрета для потомков, выражающий формулу non omnis moriar («нет, весь я не умру»)[4].