Иоанн Кронштадтский
По словам отца Иоанна, учась в духовной академии, он увидел себя во сне в священнических одеждах, служащим в соборе города Кронштадта. Через несколько дней он получил предложение взять в жёны дочь настоятеля того самого собора и согласился. Детей у отца Иоанна не было; согласно его «Краткому житию» в официальном издании Московского патриархата, супруги «приняли на себя подвиг девства»[16]. Его супруга — Елизавета (1829—1909) — дочь протоиерея кронштадтского Андреевского собора Константина Несвицкого. Первое официально составленное (по благословению священноначалия Русской зарубежной церкви) «Житие» (1964) говорило, что «брак о. Иоанна <…> был только фиктивный, нужный ему для прикрытия его самоотверженных пастырских подвигов»[17].
Иоанн Кронштадтский
Впервые вопрос о канонизации Иоанна Сергиева в Русской зарубежной церкви был поднят в ноябре 1950 года графом Аполлоном Соллогубом, выступившим с инициативой подать прошение от мирян митрополиту Анастасию рассмотреть вопрос о канонизации на проходившем тогда в Нью-Йорке Архиерейском соборе РПЦЗ (первом на территории США)[114]; Архиерейский собор в ответ на прошение благословил создать при Архиерейском синоде комитет по увековечению памяти отца Иоанна Кронштадтского, состоящий из духовенства и мирян под председательством архиепископа Брюссельского и Западноевропейского Иоанна (Максимовича). 2 января 1951 года после панихиды по отцу Иоанну в Вознесенском соборе Нью-Йорка Соллогуб прочитал доклад, в котором перечислялся ряд случаев чудотворений по молитвам отца Иоанна Сергиева; доклад заключался призывом: «Да будет канонизация о. Иоанна Кронштадтского символом воскресения великой России, Русской Православной Церкви и всего русского народа»[115]. Ожидалось, что решение о прославлении может быть принято Архиерейским собором РПЦЗ в октябре 1953 года; однако, Собор решил отложить канонизацию до времени, когда возможно будет созвать Поместный собор всей Русской церкви[116].