Максим Горький
Алексей Максимович Пешков родился в 1868 году в Нижнем Новгороде, в большом деревянном доме на каменном фундаменте на Ковалихинской улице, принадлежавшем его деду, владельцу красильной мастерской, Василию Васильевичу Каширину[5]. Мальчик появился в семье столяра Максима Савватьевича Пешкова (1840—1871), который был сыном разжалованного офицера. По другой версии, которую ряд литературоведов игнорируют, биологическим отцом писателя был управляющий астраханской конторой пароходства И. С. Колчин[14][15]. Был крещён в православии[5]. В три года Алёша Пешков заболел холерой, но смог выжить. Заразившись от сына холерой, М. С. Пешков умер 29 июля 1871 года в Астрахани, где в последние годы жизни работал управляющим пароходной конторой. Алёша почти не помнил родителя, но рассказы близких о нём оставили глубокий след — даже псевдоним «Максим Горький», по утверждению старых нижегородцев, был взят им в 1892 году в память о Максиме Савватьевиче. Мать Алексея звали Варвара Васильевна, урождённая Каширина (1842—1879) — из мещанской семьи; рано овдовев, вторично вышла замуж, умерла 5 августа 1879 года от чахотки. Бабушка Максима — Акулина Ивановна заменила мальчику родителей. Дед Горького Савватий Пешков дослужился до офицера, но был разжалован и сослан в Сибирь «за жестокое обращение с нижними чинами», после чего записался в мещане. Его сын Максим пять раз убегал от отца и в 17 лет ушёл из дома навсегда[5][16].
Сементовский, Константин Максимович
Служба Сементовского в Харькове началась под счастливыми предзнаменованиями для будущих его литературных занятий. Она сблизила его с даровитым народным малороссийским писателем Григорием Федоровичем Квиткой, более известным в России под своим псевдонимом " Грицко Основьяненко ", профессорами университета И. И. Срезневским, впоследствии академиком Императорской Академии Наук и А. Л. Метлинским, писавшим под псевдонимом Амвросия Могилы , Н. И. Костомаровым, писавшим тогда своего знаменитого " Богдана Хмельницкого " и другими знатоками и любителями малороссийской истории и этнографии. В ту пору Императорское Географическое Общество ещё не существовало и, следовательно, не было центра, к которому бы стремились труды, изыскания и вообще ученые занятия, имевшие целью изучение России; но, несмотря на это, между названными нами лицами существовало единство направления, сближавшее их для общего любимого труда. У каждого, поочередно, собирался дружеский кружок для ученой беседы, для взаимной помощи советом и знаниями, причем все дружно и неутомимо трудились на пользу науки.