Переводы Корана на русский язык
По указу Петра I в 1716 г. в Петербурге в Синодальной типографии был издан перевод Корана на русский язык — «Алкоран о Магомете, или Закон турецкий»[3] Этот перевод долгое время приписывался Петру Васильевичу Постникову. Перевод в свою очередь был сделан с перевода французского дипломата и востоковеда Андрэ дю Рие. Перевод П. В. Постникова сохранился только в рукописях[4]. Затем до 60-х годов XIX века считалось, что автором перевода был известный востоковед того времени князь Д. К. Кантемир, автор одного из первых в России исламоведческих трудов — «Книга Система, или Состояние Мухаммеданнския религии»[5][6] Такая путаница возникла вследствие издания в те же годы похожего текста анонимного переводчика под названием «Алкоран, или Закон магометанский переведенный с арапского на французский язык через господина дю Рие» с немного более точной передачей смысла, чем первое издание[5]. Однако А. А. Круминг на основании архивных материалов установил, что П. В. Пос(т)никову принадлежит именно рукописный перевод, в своё время исследованный И. Ю. Крачковским по другому списку, в то время как напечатанный в 1716 г. перевод приходится считать анонимным[4]. В целом печатный перевод представлял собой дословное воспроизведение французского перевода с переносом в текст всех особенностей авторского переложения дю Рие, а также неточности и пропуск значительных мест в сурах от отдельного слова, до целой фразы[5].
Коран Усмана
После двух революций и смены власти в России 14 декабря 1917 года Краевой мусульманский съезд Петроградского национального округа обратился в Народный комиссариат по национальным делам с просьбой вернуть священную реликвию мусульманам, а именно национальному парламенту мусульман Внутренней России и Сибири, находившемуся в Уфе. На основании постановления Совета народных комиссаров РСФСР от 19 (6) декабря за подписью его председателя Владимира Ульянова (Ленина) Коран Усмана был передан Краевому мусульманскому съезду Петроградского национального округа. А в начале 1918 года Коран был передан Всероссийскому мусульманскому совету и перевезён в Уфу. Эта передача рукописи мусульманам была символическим жестом. Речь шла о передаче части власти в обмен на участие в «революционном проекте». «Москва — это новая Мекка, это — Медина для всех угнетенных», — так было записано в обращении Научной ассоциации востоковедов при ЦИК СССР, опубликованном в 1921 году.