Этапирование осуждённых декабристов
Предложения по реформированию системы управления каторгой и ссылкой разрабатывалось под руководством М. М. Сперанского и с участием будущего декабриста Г. С. Батенькова[7][8]. Ими была подготовлена большая часть проектов, посвящённых управлению сибирской ссылкой, в том числе уставы о ссыльных и этапах[9]. В то время невозможно было предположить, что всего через несколько лет они на опыте проверят эффективность разработанных уставов, только Сперанский окажется среди обвинителей, а Батеньков — среди осуждённых. Руководство приемом, распределением и общим учётом ссыльных возлагалось на Тобольский приказ о ссыльных, в который должна была поступать информация о каждом ссыльном: его продвижении до Тобольска, всех передвижениях на территории Сибири. Всех сосланных в Сибирь предписывалось этапировать через г. Тобольск. Распределять в партии допускалось только в губернских городах, откуда они могли отправляться раз в неделю и строго по расписанию — в день, определённый для данного губернского города. При формировании партий требовалось каторжан отделять от остальных ссыльных. Практиковалось заковывание в кандалы и цепи, прикрепление по несколько человек к железному пруту (отправка «по канату»)[10][11]. Путь по Сибири (от границы Пермской губернии через Тобольскую, Томскую, Енисейскую, Иркутскую губернии до Иркутска) был разбит на этапы: 40 этапов в Западной Сибири и 21 — в Восточной Сибири. На каждый этап определялась этапная команда из одного офицера, двух унтер-офицеров и рядовых солдат[12]. Этапные команды, которые размещались по трактам через одну станцию, проводив партию ссыльных до следующего этапа, возвращалась обратно. С 1823 г. Сибирский тракт через каждые 60 верст был обустроен этапными острогами и полуэтапами для отдыха. При каждом остроге был кузнец для снятия и заковывания кандалов.
Второй Мармарош-Сиготский процесс
Многие карпаторусские патриоты переживали за ситуацию, сложившуюся в Изе, но ничем не могли помочь крестьянам, так как любые попытки изменить ситуацию пресекались властями. Идея помочь изянам, специально для них воспитав священника, пришла декану села Ясенье Бачинскому. Через посредство известного карпаторусского активиста А. Ю. Геровского удалось отправить в Россию молодого глубоковерующего православного карпаторосса, Александра Кабалюка. В Яблочинском монастыре он принял монашество и был рукоположен во иереи. Посетив ряд святых мест и получив от Константинопольского патриарха грамоту, разрешающую ему служить на родине где бы ни понадобилось, в 1911 году иеромонах Алексий вернулся в родное село Ясенье. Там он обустроил домашнюю церковь, оборудовав её складным иконостасом и другой необходимой утварью, привезённой из России. Отец Алексий неоднократно пытался пробраться в Изу, но каждый раз его задерживала полиция и возвращала обратно. В конце концов он пробрался в Изу, переодевшись в еврейского торговца. Когда весть о появлении в селе православного священника распространилась по округе, в Изу начали стекаться огромные массы народа. Иеромонах Алексий исповедовал, причащал, крестил, венчал и отпевал сотни людей. Вскоре его арестовали и отправили в Хуст к уездному начальнику, который, по всей видимости, являлся протестантом. Он пошёл на встречу отцу Алексию, дав ему три дня: пока начальник переписывался с Будапештом, священник совершал требы и таинства (приезд о. Алексия пришелся на праздник Сретения 1912 года). Через три дня он был арестован и отправлен в Ясенье.