Сумароков, Александр Петрович
Поэт и драматург принадлежал к дворянскому роду Сумароковых, возвышение которого началось во второй половине XVII века. Дед — Панкратий Богданович (1650—1730) — в звании подьячего с ключом находился при царе Фёдоре Алексеевиче, а затем и при Петре I; последний наградил его за верную службу. По преданию, царским крестником был его сын Пётр — будущий отец поэта, который на военной службе дослужился до полковника, а в 1737 году перешёл в статскую службу и исправлял должность судьи в Канцелярии конфискации. В отставку в 1762 году Пётр Сумароков вышел в чине действительного статского советника. Он породнился с родом Приклонских, шурин — Пётр Спиридонович Приклонский (1709—1780) — принадлежал к группе дворян, оказавших активное противодействие «верховникам» при воцарении Анны Иоанновны. Семья была состоятельной: согласно ревизской сказке 1737 года, в шести имениях Сумароковых числилось 1737 крепостных крестьян мужского пола. Кроме Александра, у Петра и Прасковьи Сумароковых было два сына и три дочери. Александр родился на территории Финляндии, где тогда находился его отец по делам службы[2][4].
Жеребцов, Александр Александрович
Последние годы генерал-майор А. А. Жеребцов провел в родовом имении "«с. Кикине с деревнями Нижнее и Верхнее Болваново, Ермаки, Теренино, Федосово»" Юхновского уезда Смоленской губернии (ныне Тёмкинский район Смоленской области) — всего около 1000 душ крепостных крестьян. Вотчину эту получил за многочисленные заслуги в 1757 году от императрицы Елизаветы Петровны его дед, генерал-поручик А. Г. Жеребцов. Дед и отец много жертвовали на церковь. В частности, на средства Жеребцовых был построен каменный храм во имя Св. Архистратига Михаила, руины которого сохранились в Кикино до наших дней. Следуя традициям своих предков и принципам масонской благотворительности, генерал-майор Жеребцов подарил пятерых крепостных крестьян и небольшой участок земли местному священнику Хрисандру Рыкалову, которому особенно он благоволил. Село это в 1826 году с приданым перешло к его дочери княгине О. А. Орловой, а уже в 1830 году им владел его зять граф А. Ф. Орлов.