Этапирование осуждённых декабристов
Предложения по реформированию системы управления каторгой и ссылкой разрабатывалось под руководством М. М. Сперанского и с участием будущего декабриста Г. С. Батенькова[7][8]. Ими была подготовлена большая часть проектов, посвящённых управлению сибирской ссылкой, в том числе уставы о ссыльных и этапах[9]. В то время невозможно было предположить, что всего через несколько лет они на опыте проверят эффективность разработанных уставов, только Сперанский окажется среди обвинителей, а Батеньков — среди осуждённых. Руководство приемом, распределением и общим учётом ссыльных возлагалось на Тобольский приказ о ссыльных, в который должна была поступать информация о каждом ссыльном: его продвижении до Тобольска, всех передвижениях на территории Сибири. Всех сосланных в Сибирь предписывалось этапировать через г. Тобольск. Распределять в партии допускалось только в губернских городах, откуда они могли отправляться раз в неделю и строго по расписанию — в день, определённый для данного губернского города. При формировании партий требовалось каторжан отделять от остальных ссыльных. Практиковалось заковывание в кандалы и цепи, прикрепление по несколько человек к железному пруту (отправка «по канату»)[10][11]. Путь по Сибири (от границы Пермской губернии через Тобольскую, Томскую, Енисейскую, Иркутскую губернии до Иркутска) был разбит на этапы: 40 этапов в Западной Сибири и 21 — в Восточной Сибири. На каждый этап определялась этапная команда из одного офицера, двух унтер-офицеров и рядовых солдат[12]. Этапные команды, которые размещались по трактам через одну станцию, проводив партию ссыльных до следующего этапа, возвращалась обратно. С 1823 г. Сибирский тракт через каждые 60 верст был обустроен этапными острогами и полуэтапами для отдыха. При каждом остроге был кузнец для снятия и заковывания кандалов.
Иргизский Нижне-Воскресенский монастырь
Однако ни один из оставшихся монастырей примеру Нижне-Воскресенского не последовал. Более того, в Средне-Никольском монастыре незамедлительно собрался собор, на котором отступники были преданы отлучению от общения. Старообрядческая община села Криволучье выдвинула Адриану требование об отказе от единоверия, сопровождая его угрозами. С аналогичными требованиями выступили старообрядческие общины Москвы и Санкт-Петербурга. Поток пожертвований, обеспечивавший благосостояние монастыря прекратился[16][8]. 10 иноков и 5 бельцов, опасаясь преследований, покинули монастырь вовсе[25][13], остальные протестовали и возмущались. 29 июня, подчиняясь давлению, Адриан отправил губернатору письмо за 29 подписями с просьбой вернуть им подписку о переходе в единоверие. Губернатор, вопреки прежним договорённостям, отказал им в этом. Вместо этого начались новые аресты: 15 июня был арестован один из иноков, в начале июля ещё четверо, 8 июля — последний священник монастыря. Российское правительство, опираясь на предложения губернатора ещё больше ужесточило запреты для монастыря: запрещалось отлучаться из монастыря без разрешения губернатора, запрещалось принимать желающих в бельцы и послушники, постригать в монахи, запрещалось проживание лиц по просроченным паспортам[14].