История Пугачёва
15 сентября поэт выехал из Симбирска в Оренбург, его маршрут проходил через земли ставропольских калмыков, принявших активное участие в восстании, мордовские и чувашские деревни, крепости Алексеевскую, Сорочинскую, Переволоцкую, Татищеву и Чернореченскую, захваченные пугачёвцами осенью 1773 года. В Сорочинской Пушкин записал со слов 86-летнего казака Папкова речи мятежных яицких казаков после взятия крепости: «То ли ещё будет? Так ли мы ещё тряхнём Москвою?», использованные позднее и в «Истории Пугачёва», и в романе «Капитанская дочка». 18 сентября Пушкин прибыл в Оренбург, остановившись на загородной даче оренбургского генерал-губернатора В. А. Перовского, сюда же прибыл и В. И. Даль, вызвавшийся быть проводником Пушкина в оренбургских землях. Перовский распорядился оказывать Пушкину всяческое содействие, в частности, в селениях, куда он отправится — собирать к его приезду стариков, помнивших пугачёвщину. 19 сентября Пушкин и Даль отправились в Бердскую слободу — пугачёвскую столицу, где побеседовали с собранными стариками, осмотрели улицы слободы и дом, в котором жил Пугачёв во время осады Оренбурга. Поэту указали на старую казачку Арину Бунтову, в долгой беседе с которой Пушкин почерпнул множество ценных деталей о событиях времён восстания, впоследствии использованных им и в историческом труде, и в романе. Бунтова рассказала и о трагической судьбе дочери и супруги казнённых самозванцем комендантов пограничных крепостей Татьяны Харловой, ставшей наложницей Пугачёва и расстрелянной позднее казаками[5].
Пребывание М. Ю. Лермонтова на Дону
В дальнейшем донская тематика заняла немалое место в творчестве Лермонтова. Воспоминания о донских просторах, запечатленных детской памятью, отразились в стихотворении "1813, июня 11 дня". Степной простор с его вольными обителями (коршуном, парящим "в небесной тишине", табуном коней, который "ярма не знает") вызывает у поэта представление о свободе, порождает широкий взгляд на мир, глубину самопознания. В 1833 году Лермонтов начал работать над романом "Вадим", посвященном крестьянской войне 1773-1775 годов, во главе которой стоял донской казак Емельян Пугачев. Опираясь на рассказы стариков, помнивших "пугачевщину", исторический материал, самостоятельно собранный им, Михаил Юрьевич Лермонтов в числе первых в русской литературе широко и красочно воплотил запретную в те времена тему пугачевского восстания. Показывая преступную несправедливость надменных помещиков и объясняя причины бунта угнетенных, Лермонтов, как и Пушкин, не считал крестьянские войны оправданной формой решения социальных проблем. Он видел, что восставший народ, "Теряя контроль разума", был способен испепелить вместе с деспотизмом и все завоевания культуры.