Теория демократии
Джон Стюарт Милль разработал утилитарный подход для обоснования ценности индивидуальных прав и свобод. В этом подходе критерием служит достижение максимального благополучия для максимального числа людей. В эссе «О свободе» (1859) Милль утверждал, что единственным основанием для ограничения личной свободы является защита других от конкретного вреда, наносимого индивидом. Он считал нелегитимным патернализм, который допускает ограничение свободы людей для их собственного блага. Он также доказывал, что для поиска истины обществу нужна открытая дискуссия и столкновение полярных точек зрения. В «Размышлениях о представительном правлении» (1861) Милль сформулировал новые политические идеалы и горячо поддержал распространение избирательного права на женщин. В то же время он полагал[2], что для развития «нецивилизованных» народов больше всего подходит монархия или колониальное правление, а не демократия, работоспособность которой эти народы не смогут поддерживать.
История христианской демократии
В 1931 Пий XI выпустил энциклику «Quadragesimo Anno», которая внесла уточнения в доктрину христианской демократии. Энциклика подтвердила ценность достоинства личности и право на частную собственность. Однако в ней подчёркивалось, что это право должно соотноситься с нуждами общего блага и что экономика должна основываться на принципе социальной солидарности, а не на безудержной конкуренции и взаимной эксплуатации. Церковь выступила в защиту способности общества к самоорганизации, но взамен либеральному тезису о свободе личности провозгласила «принцип субсидиарности». Одновременно католические философы Жак Маритен и Эмманюэль Мунье в своих работах охарактеризовали текущий кризис как доказательство необходимости возврата к сбалансированному обществу, основанном на идее общего блага и персонализма. Они выступали за повышение духовной роли церкви в жизни общества, за гармоничные отношения между церковью и государством, за защиту личности с её правами и обязанностями. Однако в связи с ростом фашистских движений, «Quadragesimo Anno» была в целом воспринята как осуждение парламентаризма.