Два с половиной человека
«Два с половиной человека» (English: Two and a Half Men, также встречается вариант перевода «Два с половиной мужчины») — американский комедийный телесериал (ситком). Пилотный эпизод был показан на телеканале CBS 22 сентября 2003 года. В 2010—2011 годах в США транслировался 8-й сезон. Основной состав актёров сохранялся. 25 февраля 2011 года сериал был снят с эфира CBS[1], а 7 марта было объявлено о расторжении контракта на съёмку в сериале с исполнителем главной роли Чарли Шином[2]. На место Чарли Шина утвержден актёр Эштон Кутчер[3].
Уильямс, Робин
Вышедший годом позже фильм «Якоб-лжец» не имел успеха в прокате, несмотря на то, что здесь Уильямс сыграл трагикомическую роль еврея Якоба, живущего в неназванном польском городе, превращённом нацистами в гетто, и внушающим его обитателям, что надежда есть (бюджет фильма составил более 15 миллионов долларов США, а в прокате в США собрано было всего чуть меньше пяти). Эберт объяснил это тем, что на этот «надуманный и манипулятивный» фильм ходили только ради Уильямса, и то не все его поклонники: в Торонто «Уильямс получил больше аплодисментов на выходе на сцену перед показом, чем впоследствии за весь фильм».
В 1999 году Уильямс в фильме Криса Коламбуса «Двухсотлетний человек», поставленном по одноимённой повести Айзека Азимова, и его роману «» 1991 года в соавторстве с Робертом Сильвербергом, исполнил роль робота Эндрю, прибывшего в упаковочной коробке в дом одной семьи в качестве бытовой техники. Эндрю замечает, что живя среди людей он изнутри становится человеком с особой душой и проникается чувствами к теперь уже своей родной семье, и решает спасти их от смерти. Эндрю начинает производство синтетических органов для человечества, и сам же себе их вживляет, желая стать и быть официально признанным человеком. Однако этому мешает его бессмертие, и Эндрю заменяет свою синтетическую кровь на биологическую. Он умирает в возрасте двухсот лет, за мгновение до того как судья признает его человеком, отказавшись от своего бессмертия ради человечества. Роджер Эберт заметил, что в этом фильме мы имеем дело с «проблемами самоопределения и прав личности. Как и во многих историях Азимова про роботов, здесь описана загадка с интеллектом человека, но без прав и чувств. „Двухсотлетний человек“ мог бы быть умным, фантастическим фильмом, но он слишком робкий, слишком стремящийся понравиться. Он хотел, чтобы мы были как Эндрю, но трудно на человеческом смертном одре идентифицировать себя с алюминиевой скорбью».