Шеклтон, Эрнест
В Санкт-Петербурге, куда Шеклтон прибыл по приглашению Русского географического общества, его встретил тёплый приём. Путешественника приветствовали П. П. Семёнов-Тян-Шанский, Ю. М. Шокальский, другие видные учёные России. Царь Николай II дал полярнику аудиенцию, длившуюся около двух часов, во время которой собственноручно приколол гостю орден святой Анны. Такой чести не был удостоен даже Нансен[82].
Шеклтон, Эрнест
В мае 1920 года в Канаде сменилось правительство, новый премьер-министр А. Мейен отказал в финансовой поддержке экспедиции[166]. Роуэтт убедил Шеклтона не отменять похода, но изменить его цели — отныне планы были переориентированы на Антарктиду. Впервые об этом Шеклтон написал доктору Маклину, находившемуся в Канаде для закупки ездовых собак: теперь планировалась широкая программа разведки и картографирования побережий, океанографических исследований и разведки полезных ископаемых[165]. К июню 1921 года Шеклтон представил план комплексной океанографической экспедиции в Южном океане, предусматривающий плавание вокруг всего Антарктического материка и картографирование около 2000 миль (3200 км) побережий, до тех пор не известных исследователям. Программа включала посещение и картографирование малоизвестных островов и проверку существования «островов-призраков», таких как Дауэрти, архипелаг Нимрод и Туанаки, разведку полезных ископаемых. Также Шеклтон собирался исследовать дно океана вокруг острова Гоф, дабы выяснить природу «подводных структур, связывающих Африку и Южную Америку»[167]. По мнению биографов Шеклтона, данный план был чрезмерно амбициозным для маленькой экспедиции продолжительностью в два года[168] и являлся, скорее всего, импровизацией[169].