Алиса в Стране чудес
Алиса (English: Alice) — главная героиня сказки, которой около семи лет. Считается, что прототипом образа протагонистки являлась подруга автора, Алиса Плезенс Лидделл, хотя сам Доджсон несколько раз упоминал, что образ его «маленькой героини» не был основан на реальном ребёнке и является полностью вымышленным[3]. В романе Алиса предстаёт в качестве школьницы с причудливо-логическим складом ума, чьи прямые волосы «вечно лезут в глаза»[К 2]. Кэрролл в своей статье «Алиса на сцене» (English: Alice on the Stage) описывал персонажа любящую как собаку — нежную, словно лань, учтивую по отношению ко всем, доверчивую и «любознательную до крайности, с тем вкусом к Жизни, который доступен только счастливому детству, когда всё ново и хорошо, а Грех и Печаль всего лишь слова — пустые слова, которые ничего не значат!»[4]:25-26, по изд. 1998 г..
Иллюстрации к сказкам Льюиса Кэрролла об Алисе
Широкую известность получили иллюстрации советского графика Геннадия Калиновского. Знакомые художника рассказывали, что для работы над «Алисой в Стране чудес» в пересказе Бориса Заходера (1974) он полностью изолировался от внешнего мира и даже заклеил окна бумагой. В своих иллюстрациях ему удалось создать метафизический чёрно-белый мир (была использована техника «штрихового пера»), в котором отсутствует небо. Алиса переместилась в этот мир, приняла его безумную игру и стала его частью (в своём интервью художник рассказывал, что в образе главной героини сказок Кэрролла «нарисовал свою соседку Леночку П.»). «Алиса в Зазеркалье» в переводе Владимира Орла (1980) выполнена в другой технике — «отмывке чёрной тушью», что по замыслу художника должно было передавать ощущение растворения героини в зеркальном мире. Позже Калиновский ещё раз проиллюстрировал «Алису в Стране чудес», но уже в переводе В. Орла. О своей работе он писал:
«Книга Л. Кэрролла, на мой взгляд, не сказка. Сказка лишена парадоксальности… Это первое. Второе — это своего рода роман из жизни парадоксов. Третье — это, возможно, пародия традиционного математика, каким был Кэрролл, на положения новой неевклидовой математики, к которой, как известно, профессор Доджсон относился весьма иронически…Этот аспект книги я плохо ощущал, ибо не в ладах с высшей математикой, и просто поверил на слово. Четвёртое — книга написана в ключе визионерского ощущения бытия, как сновидение»