Кётлиц, Реджинальд
В качестве врача и геолога Кётлиц участвовал в экспедиции Джексона — Хармсворта на Землю Франца-Иосифа (1894—1897) под руководством Фредерика Джексона. Вернувшись из Арктики, участвовал в английской экспедиции в Эфиопию и Сомали (1898—1899) и в 1900 году совершил поездку в Амазонию. Благодаря поддержке Альфреда Хармсворта и Фритьофа Нансена получил место врача в Британской национальной антарктической экспедиции (1901—1904), проходившей под началом Роберта Скотта. Консерватизм руководства и плохие отношения с участниками экспедиции помешали Кётлицу в его научной карьере. После возвращения из Антарктиды он отошёл от исследовательской деятельности и в 1905 году переселился в Южную Африку, где и скончался.
Кётлиц, Реджинальд
Пока Кётлиц находился в плавании на Амазонку, вокруг снаряжения антарктической экспедиции ширились скандалы, связанные с границами полномочий военно-морского ведомства и Королевского общества. Тем не менее Маркем добился строительства специального экспедиционного судна — «Дискавери», которое было заложено в Данди в марте 1900 года. Кётлиц после возвращения по-прежнему был включён в комитет по планированию и старался поддерживать связь с Нансеном. Маркем настаивал на руководстве со стороны военно-морского флота и пролоббировал на должность начальника экспедиции Роберта Скотта. Кётлиц, очень рассчитывавший на должность геолога, был весьма разочарован, узнав, что с 26 мая 1900 года зачислен на ставку судового врача и биолога, ответственного за исследование бактерий и фитопланктона. Тем не менее его назначение активно поддерживалось Нансеном, сэром А. Гейком, а также А. Хармсвортом[64]. Последний в обмен на спонсорскую и информационную поддержку в своих изданиях настоял на участии в экспедиции и Кётлица, и Армитеджа. Жалованье Кётлица составило 400 фунтов стерлингов, а у его ассистента Уилсона — 200 фунтов. Для сравнения, начальник экспедиции Скотт получал 865 фунтов, столько же Армитедж, Шеклтон — 250 фунтов, а рядовые моряки — всего 55 фунтов стерлингов[58]. В это же время Кётлица поддержала его бывшая alma mater — больница Гая, в которой ему были приготовлены наборы медикаментов и необходимых инструментов[65].