Крещение Руси
Креще́ние Руси́ — термин, под которым в современной исторической науке подразумевается введение в Киевской Руси христианства как государственной религии, осуществлённое в конце X века князем Владимиром Святославичем. Источники дают противоречивые указания на точное время принятия новой религии[1]. Традиционно, вслед за летописной хронологией, событие принято относить к 988 году[2] и считать началом официальной истории Русской Церкви (некоторые исследователи полагают, что «крещение» состоялось позже: в 990[1][3][4][5] или 991 году[5]).
Слово о законе и благодати
Митрополит Иларион был первым Киевским митрополитом русского славянского происхождения. Вероятно, князь Ярослав возвёл его в митрополиты по своей инициативе, в условиях либо какого-то конфликта с Византией (русско-византийская война происходила в 1043 году), либо просто стремясь к самостоятельности. Иларион был поставлен не патриархом, как того требовал канон, а собором епископов Руси (в, основном, кроме Илариона, греков), хотя разрешение константинопольского патриарха на это было, видимо, всё же получено до этого собора или хотя бы после него, так как в 1051 году все церковно-иерархические споры Руси и Византии закончились миром c согласием Киева и Константинополя о законности Илариона. Обстоятельства ухода или смерти Илариона неизвестны. К 1055 году митрополитом Руси стал грек Ефрем В "«Слове о законе и благодати»" Иларион, восхваляя дела князя Владимира Красное Солнышко, проводил мысль о самостоятельности молодых народов. Многие историки видят в этом жесте желание Руси продемонстрировать автономию от Константинополя.
И, наконец, категорически отрицается влияние Византии и даже воздействие благодати как непреодолимой силы на решение Владимира крестить Русь, утверждается подобие Владимира и апостола Павла, сформировавшего христианское учение о благодати, что становится одним из главных аргументов в пользу синергической трактовки учения Павла о свободе воли и божественной благодати. И Павел, и Владимир, будучи предызбраны Богом, свободно приняли дары благодати не вследствие непреодолимости благодати, а повинуясь собственному душевному влечению. Иларион подчеркивает, что Владимир благодаря своей свободной воле сам решает креститься и крестить Русь, не принуждаемый к этому непреодолимым действием благодати, не говоря уже о каком-то непреодолимом влиянии Вселенской церкви, Византии, или иных народов. Среди предков Владимира Иларион упоминает Ольгу, Игоря и Святослава и не упоминает Рюрика. Не упоминает он и о взятии Владимиром Святославичем Корсуня и влиянии этого события на крещение Руси. 