Back then I was able to see them, like us, as victims of a regime that forced us to take to the streets to overthrow it, and forced them to kill us in order for it to retain control of the presidential chair.
Тогда я могли видеть в них, как в нас, жертв режима, который вынудил нас выйти на улицы, чтобы сбросить его, и вынудил их убивать нас, чтобы сохранить контроль над президентским креслом.