Today our Christmas trees are bigger, and even bigger still are our statues of the Virgin Mary before whom we pray, crying and begging Her to forgive us for forgetting the Mary curled up in some refugee camp only meters away.
Сегодня наши рождественские ели больше, и ещё больше наши статуи Девы Марии, перед которыми мы молимся, плача и умоляя её простить нас за то, что мы забываем Марию, свернувшуюся в клубок в каком-нибудь лагере беженцев всего через несколько метров от нас.