It was quickly labeled by many observers as a move to further reduce the scope of use of the Russian language, which enjoys equal status with the Kazakh language, according to the Constitution.
Многие наблюдали сразу же назвали это шагом к дальнейшему сокращению использования русского языка, который, согласно Конституции Казахстана, имеет такой же статус, как и казахский язык.