While revolutions sweep the third North African regime in a row and echo similar developments in Iran, Gabon and even Albania (not to speak of Middle Eastern countries), nervousness of the high-ranking Russian politician is getting more and more evident.
Пока революции сметают уже третий подряд североафриканский режим и отзываются эхом в Иране, Габоне и даже Албании (не говоря уже странах Ближнего Востока), нервозность высокопоставленных российских политиков ощущается все более явно.