If a military or intelligence worker comes across an obvious violation of basic human rights, I would want that person to be able, unafraid, to come out openly, and be protected by the laws of their own country and by international laws.
Если военный или работник спецслужб сталкивается с очевидным нарушением базовых прав человека, я бы хотел, чтобы такие люди, не боясь, могли открыто выступать, и быть защищенными и законами своих стран и законами международными.