The house was raided on that day too, and friends felt I needed to leave Aleppo, and again—again—I had to leave, never to return.
Тот дом также был обыскан в тот день, и друзья чувствовали, что мне нужно покинуть Алеппо, и снова — снова — я должна была уехать, чтобы никогда не вернуться.