So here you have young people using augmented reality, deep learning, and artificial intelligence to—albeit inadvertently—help a marginalized language stay alive.
Иными словами, вы видите молодых людей, использующих дополненную реальность, глубинное обучение и искусственный интеллект для — хоть и непреднамеренной — помощи вымирающим языкам в выживании.