Facilitating that warped view in Manning's trial, the judge ruled early on that the defense was not allowed to put forth evidence of Manning’s sole intent to inform the American public, or evidence showing that none of the information materially harmed national security.
Придерживаясь этого извращенного взгляда в ходе судебного процесса над Мэннингом, судья сразу вынес решение, по которому стороне защиты не разрешалось в дальнейшем приводить доводы о том, что единственным намерением Мэннинга было донести информацию до общественности, а также доказательства того, что разглашенная им информация не навредила безопасности страны.