We are aware that a war discourse, when distorted, can be used to cover up truculent acts by a police force that shoots first, asks later.
Мы осведомлены о том, что освещение войны с определёнными умыслами может быть использовано для сокрытия жестоких актов полиции, которая сперва стреляет, и только затем задаёт вопросы.