He doesn’t seem to be a genuine ideological right-winger, but rather an opportunist who marketed a series of what could only loosely be described as “policies” because he knew they’d play well with his right-wing base.
Он кажется искренним не идеологическим правым, а оппортунистом, который сыграл на серии заявлений, которые лишь условно можно назвать «политическими планами», потому что знал, что они принесут хороший доход с его правой базы.