As shopkeepers who live above their shop we felt in equal measures relieved that we were there to keep an eye on things, and terrified – for if they had broken into the shop what, precisely, could we have done about it?
Как владельцы магазинов, которые живут этажом выше в здании собственного магазина, мы почувствовали в равной степени облегчение, что мы можем следить за своим имуществом и ужас: ведь если бы к нам в магазин вломились, что бы мы реально смогли предпринять?