Now, a year on, what he stands for is still alive; thousands of Egyptians demonstrated all over Egypt not just to commemorate the first anniversary of his death, but to voice their anger over what they describe as continued police brutality and torture.
Через год то, за что он выступал, по-прежнему живо; тысячи египтян вышли на демонстрации по всему Египту не только потому, что это была первая годовщина его смерти, но также чтобы выразить свое недовольство, как они сами говорят, продолжающейся жестокостью и применением пыток полицией.