I think back to his words as I plod along the street amid the rubble of an unequal battle, fissured with a tenuous wound that never heals, the perennial sense of not recognizing the country I live in.
Я мысленно возвращаюсь к его словам, когда бреду по улице среди обломков неравной битвы, сломленная незначительной раной, которую невозможно излечить, вечной невозможности узнать страну, в которой я живу.