The ensuing conversation revealed that many members of our community fear that the law will undercut the capacity of journalists, activists, netizens, and human rights advocates to gather and preserve evidence of rights violations, corruption, and other wrongdoing that they seek to expose.
Последовавшая переписка показала, что многие члены нашего сообщества боятся, что закон подорвёт возможность журналистов, активистов, сетян и правозащитников собирать и хранить свидетельства нарушения прав, коррупции и других нарушений, которые они стремятся разоблачить.