That’s when Kirkegaard realized that instead of making sounds, he’d rather find sounds “that mystify me somehow, that I don’t quite understand.
Тогда Киркегард понял, что вместо того, чтобы создавать звуки, ему бы хотелось находить звуки, «которые как-то озадачивают меня, которые я не совсем понимаю.