But I give in, of course, because of the deep anguish I carry everywhere; because of the daily crushing horror, because of this Venezuela which is not mine but that I must endure.
Но, конечно, у меня не получается, из-за глубокой тоски, которую я везде ношу; из-за ужасного страха повседневности, из-за этой Венесуэлы, в которой я должна выживать, хоть она и не моя.