Those of us who had moved away earlier, for school or work, to Kyiv or other places, lost something else: a sense of Luhansk as it was fixed in our memories, a place to which we knew we could return, even if we rarely did.
Те из нас, кто переехал раньше, для учёбы или работы, потеряли что-то ещё: чувство Луганска, каким он остался в нашей памяти, места, куда, мы знали, мы могли вернуться, даже если редко делали это.