The act of faxing also inserts you—tenuously—into your colleagues’ much more heroic narrative related to the event, though of course you don’t know this at the time.
Сам акт отправки по факсу также вовлекает тебя — поверхностно — в более героическую повесть твоих коллег к событию, хотя, конечно, ты не знаешь пока об этом.