“I remember how they cordoned off the pier and didn’t let anyone near, and when all the KGB agents got to work there, it was impossible to see, because they made every effort to limit any publicity.
"Я помню, как оцепили пристань и не подпускали никого близко – поэтому, когда там кэгэбэшники орудовали наблюдать там было невозможно, потому что всячески пытались пресечь любую огласку.