People don’t usually become journalists because they want to be the hacks of the ruling class. Generally, it's because they're committed to some version of truth-telling and speaking truth to power.
Люди обычно становятся журналистами не потому, что хотят быть наёмными писаками правящего класса, а потому, что они преданны некоторой версии идеи сообщать правду и говорить правду власти.