Thanks to the success of Pampulha, President Kubitschek (aka the Father of Modern Brazil) knew he could trust Niemeyer, if not merely for his view on integrating nature into his art, for which Niemeyer said the following:
Благодаря успеху Пампульи президент Кубичек (также известный как «Отец современной Бразилии») знал, что может доверять Нимейеру не только во взглядах на объединение природы с его искусством, о котором Нимейер сказал следующее: