GV: How did you respond to the conclusions that a “Twitter revolution” was occurring inside of Iran given that you yourself were caught in the crosshairs of this “revolution” reporting on it from abroad?
GV: Как вы отреагировали на заключения о том, что в Иране происходила «Twitter-революция», учитывая, что вы сами были связаны с этой «революцией», описывая её из-за границы?