Gaidar spent the past decade largely outside the public spotlight, involved in academic work and writing, but he remained a hugely symbolic figure nevertheless: a highly esteemed hero to some of his compatriots and a reviled scapegoat to others.
Последние лет десять Гайдар был, по большому счету, за пределами внимания общественности, участвуя в научной работе и занимаясь написанием книг, но не смотря на это он по-прежнему оставался чрезвычайно символической фигурой: великим героем для одних из его соотечественников и козлом отпущения для других.