Over the last decade-and-a-half under the Chávez administration, most Venezuelans have faced fear, hope, terror and exhaustion on a daily basis; a blank space without name or definition, whose emptiness seems to define better than anything else this point in history at which we live.
За последние полтора десятилетия при администрации Чавеса большинство венесуэльцев каждый день испытывают страх, надежду, ужас и опустошение; пробел без имени или определения, чья пустота, судя по всему, определяет лучше всего остального тот момент в истории, в котором мы живём.