“It’s not about nationalism,” I say, “but about the fact that the combination of the crisis we are experiencing and the way we perceive ourselves seems to me unfair.
— Дело не в национализме, — говорю я ему, — а в том, что сочетание того кризиса, в котором мы живем, и того, как мы его воспринимаем, кажется мне несправедливым.