The interrogation was enough to paralyse all my activities related to the revolution, but it wasn't sufficiently threatening to force me to move to liberated Aleppo or outside Syria.
Допросов было достаточно, чтобы парализовать всю мою активность, связанную с революцией, но они не были достаточно угрожающими, чтобы я уехала в освобождённый Алеппо или из Сирии.