Some in the West greeted these figures with disbelief, not least when a report from Russia's own Human Rights Council seemed to indicate the real turnout was much lower (around 30%-50%) and support for annexation a much more lukewarm 50-60 percent.
Некоторые на Западе встретили эти цифры с недоверием , которое не уменьшилось, когда Совет по правам человека России выпустил доклад, согласно которому реальная явка кажется намного ниже (около 30%-50%) и поддержка отделения —намного равнодушней, составляя 50-60 процентов.